Автор: Дмитрий Раичев Выпуск: Просмотров: 1340

В работе с кадрами есть две крайности, одну из которых можно условно назвать «военной», а вторую - «гражданской». На госслужбе состоит немало людей, ранее носивших погоны различных ведомств, и на деятельность органов власти это обстоятельство налагает весьма ощутимый отпечаток – особенно в сфере информации. Такой руководитель приложит все силы, но не даст вынести сор из избы, так что получить убедительные разъяснения по поводу увольнения подчиненного, скорее всего, просто не удастся. Название техники условное, поскольку вот губернатор у нас, например, человек гражданский, но о своих кадровых решениях говорит скупо – заметные в администрации Смоленской области фигуры уходят, а почему – кто знает? Вот последний пример: «Что стало причиной отставки начальника департамента Смоленской области по здравоохранению Игоря Буцыка?» – спрашивают журналисты. Ответ: «Он написал заявление об уходе по собственному желанию». Придраться не к чему – да, написал. При этом есть достаточно много людей, которые знают, с чем связана неожиданная отставка начальника департамента – знают просто по работе, а у них есть знакомые, а у тех – свои знакомые, и вообще город маленький. Эффект испорченного телефона приводит к тому, что Смоленск полнится слухами, и все эти передающиеся из уст в уста байки власть совсем не красят. Ни разу за годы своей работы журналистом не видел пресс-релиза об отставке! О назначениях сообщают, причем порой даются пояснения, чем заслужил человек назначение, чем он ценен. Если речь идет об отставках – ничего подобного нет. Стоит человеку написать заявление об уходе по собственному желанию или появиться приказу об увольнении, как пресс-служба просто забывает о его существовании.

Описать вторую крайность можно так: «искусственное создание естественной ситуации, при которой продолжение трудовой деятельности невозможно». Ярчайшим примером этой техники стало «дело Каманина» пятилетней давности. Там, кстати, также не обошлось без начальника департамента по здравоохранению, только тогда этот пост занимал Александр Доронин. Прибыв в Смоленск из Демидова, он взялся укреплять собственный авторитет в медицинской среде с помощью громкой кампании по искоренению недостатков в работе учреждений здравоохранения. Одной из ее жертв и стал Евгений Каманин, главврач областной клинической больницы, заслуженный врач РФ, профессор, депутат областной Думы, доктор медицинских наук – авторитет, словом. Ужасам, которые якобы творятся во вверенном Каманину лечебном учреждении, были посвящены целые полосы в областной газете, а апофеозом кампании стала коллегия по здравоохранению, которую г-н Доронин провел в сентябре 2004 года. На ней прозвучало девять (!) разгромных выступлений, в ходе которых ситуация в ОКБ, которую ораторы, как ни странно, не забывали называть «флагманом смоленской медицины», описывалась в самых черных красках. Хорошо, что всего этого не слышали смоляне, иначе репутация областного здравоохранения оказалась бы окончательно подорвана: если такие безобразия творятся на «флагмане» (трупы не вскрываются, в ожоговом отделении есть пустые койки и так далее), что же творится в рядовых районных больничках? При этом никаких претензий к качеству медицинской помощи, оказываемой пациентам ОКБ, в выступлениях не прозвучало! И не удивительно: не для того же все организовывалось! Главным было устроить публичную порку самому авторитетному смоленскому врачу, и с этой задачей Александр Доронин вроде бы справился: коллегия оценила работу Евгения Каманина как неудовлетворительную. Тут уже было недалеко и до увольнения, но вся эта PR-кампания вызвала такой общественный резонанс, что начальнику департамента пришлось остановиться. А потом крупные неприятности начались у самого Доронина… Причины его отставки руководители области, кстати, тоже не комментировали, и искать информацию по «делу «Медтехники» журналистам пришлось самостоятельно.

И метод «шито-крыто», и техника «ай-яй-яй» одинаково плохи. Ничего личного: открытость в деятельности власти – это все-таки совсем другое.