Тусклый образ образования

Просмотров: 4454

Автор: Виталий Сергеенков
Выпуск:

Сегодня в России сеть ПТУ и техникумов стремительно съёжилась и почти умерла.

Зато с середины 1990-х годов по всей России буйным маковым цветом расцвели филиалы самых разных, в том числе, столичных вузов

Диплом - не слезая с печки
Несмотря на то, что образовательные услуги в этих филиалах в большей степени являются платными и, мягко говоря, не шибко качественными, народ, соблазнённый возможностью получить диплом о высшем образовании, что называется, не слезая с печки, не обходит их вниманием. При том что платить студентам приходится, так сказать, в квадрате: как в «белую», так и в «чёрную» кассы. В «черную» кассу идут взятки преподавателям за положительную оценку на экзаменах, за контрольные работы, даже за итоговые квалификационные дипломные работы, при подготовке которых, бывает, действует целый подряд. Кое-кто из менеджмента филиала продаёт заинтересованному выпускнику успешно защищённую несколькими годами ранее работу. Полученную мзду он делит с научным руководителем горе-студента. Причем в дипломе слово «филиал» не упоминается, а фигурирует какой-либо вполне респектабельный, нередко столичный вуз.
Нет, я не против филиалов вообще. Скажем, деятельность такого учебного заведения, как Смоленский филиал МЭИ, не может вызвать каких-либо иных чувств, кроме уважения. Но ведь сотни филиалов, действующие, условно говоря, в неких мухосрансках, не имеют ни нормальной базы, ни квалифицированных преподавателей. По сути они представляют какие-то чуть ли не полуподпольные учебные заведения. В некоторых подобных филиалах студенты за пять лет обучения ни разу не видели живого доктора наук или профессора по причине отсутствия таковых. В то же время у всех этих учебных заведений есть документы, дающие им право на ведение образовательной деятельности по программе высшего профессионального образования (свидетельства об аккредитации и лицензии), полученные в высоких кабинетах Рособрнадзора, и к которым сразу «не подкопаешься». Зная жёсткость критериев, установленных для открытия вуза либо пролонгации его работы, невольно приходишь к мысли, что уже давно отработаны некие технологии, позволяющие подобным филиалам всякий раз, когда это потребуется, при помощи высоких заинтересованных покровителей успешно преодолевать проверки и получать вожделенные документы.

Залетные преподы
Филиал Московского государственного индустриального университета (МГИУ) расположился в Рославле более полутора десятков лет назад. За это время учебное заведение не обзавелось ни собственным помещением, ни штатом квалифицированных преподавателей. Своими выпускниками оно тоже не блещет. В значительной мере филиал известен лишь сотрясающими его время от времени скандалами, итогом которых стал исход из него наиболее значимых в профессиональном плане специалистов. Количество работающих в нём «своих» кандидатов наук (тех, чьи трудовые книжки хранятся у инспектора по кадрам) всегда балансировало в районе 5-6 человек, а докторов наук не было никогда. Эта «бухгалтерия» важна, так как для прохождения аккредитации в филиале, подобном рославльскому, только докторов должно быть не менее 5, а кандидатов – так более 20. Однако у рославльского филиала с аккредитацией ныне, как, впрочем, и ранее, всё в порядке (не иначе как ловким рославльчанам известен какой-то секрет достижения поставленных целей). И это при том, что на постоянной основе в этом высшем техническом учебном заведении трудятся всего лишь 2 кандидата экономических наук, 1 – сельскохозяйственных, 1 – биологических, 1 – педагогических, ну и совсем уж недавно появился 1 кандидат физико-математических наук. Для филиала индустриального университета, прямо скажем, маловато, да и специальности этих кандидатов не совсем те, что необходимы в техническом вузе.
И если бы не «варяги» – 2-3 кандидата наук из Могилёва, примерно такое же количество смолян того же научного уровня да 1 доктор наук из Брянска – филиалу МГИУ пришлось бы совсем туго. В Рославле эти люди, имеющие право работать в филиале лишь как совместители, бывают нечасто, поскольку каждый из них, естественно, загружен по своему основному месту работы. Между тем, по информации бывших работников филиала, кое-кто из иногородних (скорее, зарубежных) преподавателей время от времени переводится в штат, на этого человека заводится вторая трудовая книжка (к слову, компетентные органы этим важным вопросом отчего-то не интересуются). Специалисты же головного вуза, то есть МГИУ, преподавательской работы в филиале не ведут совсем, а если кто-либо из них и приезжал когда-то в Рославль, то лишь на госэкзамены или защиту дипломов. В связи с этим возникает вопрос: почему же родители, которым приходится платить настоящие и немалые деньги, не задумываются, а кто же в этом филиале в основном-то и учит их детей? Ведь качество образовательных услуг, предоставляемых в нём преподавателями, навербованными из собственных выпускников, учителей средних школ и инженеров-технарей местного автоагрегатного завода, мягко говоря, не совсем адекватно средствам, регулярно поступающим в казну филиала от родителей. К тому же в последние годы и студенты в филиале все почему-то больше белорусы.

Гоголю и не снилось
В связи с очевидными кадровыми проблемами филиала МГИУ нельзя не вспомнить о простой, но весьма поучительной истории Н.В. Гоголя и его бессмертного персонажа Чичикова. 1 сентября 2008 года долгое время вакантную должность заместителя директора филиала по научной работе занял самый настоящий доктор педагогических наук, профессор да к тому же вице-президент Академии профессионального образования и лауреат премии Президента РФ Глазунов. Казалось бы, настоящая находка для филиала. Однако чуда не произошло. Этот господин по причине своего проживания в Москве в городке на юге Смоленщины побывал лишь однажды: 13 и 14 марта 2009 года. О чём было сообщено по местному радио и в местной же газете. В эти два дня он прочитал две лекции, предназначенные руководителям образовательных учреждений, преподавателям, педагогам, аспирантам и соискателям, и благополучно отбыл обратно в столицу, не забыв, впрочем, из филиала уволиться (это знаменательное событие произошло ещё 13 марта).
«Ларчик» в этом случае открывался до чрезвычайности просто. В качестве «мёртвой души» исправно получая из Рославля ежемесячную зарплату, сей учёный муж не только не был представлен преподавателям филиала как их научный гуру, но и не провёл за полгода ни одного часа занятий со студентами. И лишь когда об этом стало известно в Рославльской прокуратуре, г-н Глазунов примчался в Рославль. Администрация же филиала, выгораживая себя и москвича, беззастенчиво стала утверждать, будто бы академик ежемесячно трудился в Рославле не покладая рук. Самое удивительное, что местная прокуратура в правдивость этих измышлений легко и с охотой уверовала.
Конец же этой истории был весьма прозаическим, то есть в духе наших довольно-таки подлых времён. Экономист филиала, заявившая его директору, что история с Глазуновым – это вообще-то преступление, и сообщившая об этом в прокуратуру, в итоге сама получила от администрации «чёрную метку» в виде увольнения по статье. За два месяца до увольнения ей, никогда прежде не имевшей в послужном списке ни единого взыскания, а лишь череду благодарностей, были целенаправленно и последовательно вынесены три выговора. Рославльский суд, куда теперь уже бывший экономист филиала обратилась за восстановлением законности, ее правоту не признал. Областной суд в этом вопросе также оказался не на высоте, проштамповав решение своих нижестоящих коллег.
Почему такое стало возможным? Почему прокуратура Рославля своевременно не поставила на место зарвавшуюся администрацию филиала МГИУ? Почему суды не захотели вникать в суть событий? Да потому что Рославль – это порочный круг знакомств и родственных связей. Ни одна из этих властных инстанций не захотела разобраться в ситуации и конфликтовать с директором филиала Вологиной. И дело не в ней самой, несмотря на степень кандидата педагогических наук, а в её отце, Савчуке, до относительно недавних пор руководившим рославльским Автоагрегатным заводом, и в главе МО «Рославльский район» Иванове, по какой-то причине защищавшем интересы филиала.

Исход неугодных
За первый год работы Наталии Вологиной директором (с начала 2008-го по начало 2009 года) из филиала уволились около 30 человек (из них 11 преподавателей), что без малого составило половину от числа всех работников. Конечно, для какого-нибудь завода с сотнями или тысячами тружеников такое количество покинувших коллектив – капля в море. Но для учебного заведения со среднесписочным составом 64 человека три десятка ушедших – это показатель. Все эти люди не были ни пьяницами, ни прогульщиками, ни какими-то аморальными или, как говорили раньше, деклассированными типами. Просто у г-жи Вологиной они вызывали подозрение в личной нелояльности, а значит, их участь была предрешена. Директору, увы, никто не объяснил, что коллектив не может состоять лишь из преданно заглядывающих в рот подчиненных, и никто не дал за проявленную «крутизну» по рукам. С другой стороны, дать ей по рукам в общем-то и некому. Ведь все эти да и другие её «художества» происходили при попустительстве и даже одобрении головного университета. А одна безнаказанность всегда ведёт к безнаказанности следующей.
Проработав чуть больше года директором, молодая преподавательница иностранных языков поняла, что для управления филиалом ей не хватает второго - «экономического» -  диплома. И у неё возникло абсолютно похвальное намерение ликвидировать этот пробел, дополучить необходимое второе образование. Для достижения цели в феврале 2009 года она поступила заочно учиться, но не куда-нибудь в Москву, Санкт-Петербург или Смоленск, а на соответствующий факультет вверенного ей Рославльского филиала МГИУ. Сложно сказать, насколько трудовым окажется будущий диплом г-жи Вологиной, но в том, что цвет его обложки будет непременно алым, сомневаться не приходится. И дело опять же не в исключительных способностях Натальи Владимировны, а в том, что там, где она решила получить столь вожделенный документ, перед ней вытягивается каждый «винтик» и каждый «шпунтик». Это напоминает ситуацию, когда директор средней школы, убедившись в своей неграмотности, без отрыва от производства поступает учиться, скажем, в 8-й или 9-й класс своей же школы. Между прочим, рославльская прокуратура и в этом случае не нашла криминала (конфликта интересов), разъяснив, что законодательство подобные вещи не ограничивает. Если это действительно так, то, как говорил Жванецкий, может быть, что-то нужно подкрутить в консерватории?

Закрыть филиал, вернуть здание детям?
В начале 2000-х годов власти города аж на 49 лет отдали в аренду филиалу МГИУ здание детского сада №3, расположенное по адресу: ул. Каляева, 65б. Между тем существующая очередь в детские сады в Рославле насчитывает сейчас примерно 600 человек. Как известно, на напряжённую ситуацию с подобными учреждениями в области обратил внимание даже президент Дмитрий Медведев, 11 апреля во время своего визита в Смоленск давший указание губернатору Сергею Антуфьеву разобраться с ней. Ещё раньше, в конце 2010 года, «Новая газета» начала всероссийскую акцию по выявлению и возврату зданий детских садов их единственным и законным обитателям – детям. И если в том же Смоленске, а также в Вязьме власти уже пытаются исправить положение, спешно достраивая новые детские сады, строительство которых было начато ранее, то Рославль ничем подобным похвастаться не может. Поэтому нельзя считать нормальной ситуацию, при которой рославльская прокуратура, видимо, ждёт какой-то отмашки, чтобы дать правовую оценку нецелевому использованию здания филиала.
Губернатор Сергей Антуфьев 30 июня этого года однозначно высказался в «Российской газете»: «У администрации Смоленской области есть серьёзная проблема: неэффективное использование бюджетных средств в сфере образования. Система образования должна быть оптимизирована с учетом нужд региона».

P.S. Когда материал готовился к печати, стало известно, что вопрос о здании филиала МГИУ (бывшего детсада №3) рассматривался на одном из недавних заседаний районной Думы. Принято решение о создании рабочей депутатской комиссии, в состав которой вошли депутаты районной Думы и городского Совета. В августе комиссия приступит к работе.